МБУ Централизованная система массовых библиотек ГО г.Уфа Республики Башкортостан

Слово о реках, озёрах и травах. Лирическая повесть.

Ахмедов, Р. Слово о реках, озерах и травах. Лирическая повесть/ Р. Ахмедов. – Уфа: Башкирское книжное издательство, 1988. – 336 с.

«Как-то на излёте ночи, уже под утро, заставили меня проснуться странные звуки – булькающие, хрустящие, чавкающие, вздыхающие. Приоткрыл палатку. Высунул голову. Никого не видать вокруг. Безмолвны и наглухо застёгнуты две соседние палатки, где спят мои спутники. Может, кто-то из них тяжело захрапел во сне? Нет, непонятные звуки шли от реки. Ёжась от прохлады, накинул штормовку и тихо выскользнул из палатки наружу. Было ещё темно, но не так, как в полночь с её непроглядной теменью, когда вытянутую вперед руку не увидишь; сейчас можно было различить силуэты отдельных деревьев в редеющей и истаивающей предутренней мгле, за рекой угадывались отвесные скалы, немного посветлела, обозначась в створе берегов, и сама река. На ней, в заливчике, виднелось что-то тёмное, шевелящееся, смутно напоминающее очертаниями лошадь. Подошел поближе и понял: лось! Он стоял в воде по колена, широко расставив передние ноги и глубоко, по самую холку, погрузив голову в воду. Долго, очень долго находился он в такой позе, вызывающей недоумение: как можно столько времени обходиться без дыхания? Уж не топиться ли надумал? Но вот взбурлила вода, вспарываемая огромными ветвистыми рогами и показалась мокрая морда со стекающими с шерсти струйками. Лось шумно задышал, раздувая бока, звучно фыркал от затекающих в ноздри капель, а челюсти у него двигались непрерывно, с хрустом пережевывая какую-то мочалистую массу, свисающую изо рта. Прожевав её с чмоканьем и сопеньем, лось набрал в лёгкие побольше воздуха, снова глубоко погрузил голову в воду и снова находился под водой так долго, что я готов был крикнуть ему: мол, нельзя, мол, вредно, мол, по глупости и задохнуться недолго. Но опять взбурлила над рогами вода, опять поднялась над рекой горбоносая жующая морда, шумно сопящая и фыркающая. И тут дошло до меня. У него здесь простирается подводное пастбище, и мне посчастливилось увидеть редкое зрелище: пасущегося на мелководье лося.

              

Немного погодя к нему присоединилась голенастая комолая лосиха. Я не уловил момента, откуда она появилась, из горного ли распадка, со стороны ли леса, близко подступающего к нашей поляне, увидел её уже входящей в воду.

Не меньше часа паслись оба зверя, поедая сочную водяную растительность. Они не могли не заметить меня, неподвижно сидящего на прибрежном камне, косили глазами в мою сторону, но не проявляли беспокойства и, насытившись, не спеша выбрались из воды – величественные, уверенные в себе, удивительно красивые при мглистом свете брезжущего утра, прошествовали мимо в каких-то двух десятках шагов от меня и, не оборачиваясь, скрылись в кустарниковых зарослях распадка. Озябший от сидения на холодном камне, от знобящей речной свежести, я ушел в палатку, влез в спальный мешок, чтобы согреться и добрать остаток сна до подъёма, однако заснуть не смог, ворочался с боку на бок, а перед глазами неотступно стояли пасущиеся на водяном лугу лоси».